— Там узнаешь…
Нил вздохнул:
— Куда ж ехать-то? Съезжая будто на замок заперта, — солдаты на шанцах говорили. В самый в боярский дом?
Громыхнула дверь, вошла Фимка с деревянным подойником — доила корову.
— Вот офицер пришел, — виноватым голосом сказал Лонгинов. — К воеводе требует…
Ефимия поставила подойник, поддала ногой мурлыкающему коту, чтобы не совался к молоку, посмотрела на Мехоношина:
— Да он едва с моря вынулся, чего натерпелся-то, господи! Едва шведы смертью не казнили, вешать хотели.
Мехоношину надоело, он топнул ногой, заорал, что выпорет батогами. Нил поднялся, дети жалостно заплакали.
— Конь есть? — спросил поручик.
— Не конь — огонь! — усмехаясь, похвастал Лонгинов.