(
Выписка из Гершелевых сочинений
.)
Нередко видим мы, что в тех странах, которым натура отказала в плодородии, земледелие бывает в самом цветущем состоянии, по причине трудолюбия жителей и художественных пособий; так точно не в прекрасные ночи полуденных климатов астрономы обогатили наиболее звездные свои росписи, но около 52й степени широты, борясь неутомимо со всеми неудобствами пасмурного неба Англии, которое не дозволяет более 90 часов в год делать наблюдения. Там-то, говорим мы, славный, неусыпный Гершель, один распространил науку небесную более всех своих современников, в числе которых многие пользуются в странах, ими обитаемых, почти беспрестанно ясностью неба.
Многие из читателей Вестника, без сомнения, известны о важных трудах и открытиях сего астронома; и мы с истинным удовольствием желаем занять их еще оным. Под скромным заглавием каталога (A catalogue of new nebulae, etc.), сочинение, из которого предлагаем здесь выписку, представляет занимательнейшие умозаключения и самого высокого разряда. Идеи и ум сего ученого мужа, кажется, изощряют по мере усовершения употребляемых их орудий, и он углубляется в страну догадок почти столько же, сколько телескопы его проникают в пространство, и едва ли не с такою же достоверностью.
"Время уже, говорит он в кратком введении, время привесть в методический порядок многочисленные припасы, составляющие физическую часть астрономии. Классификация, которой следовал я в росписях моих, есть почти только простое распоряжение предметов, служащее к большей удобности наблюдателя и, подобно библиотеке, размещенной по форматам книг, а не по содержанию оных. Но здесь, составляя некоторое число отделений из разных частей звездного неба, стану рассматривать свойства небесных тел, открытых по сие время, в намерении разместить их по надлежащему. Теперь исчислю только роды, нами видимые, подробным же описанием каждого отделения не умедлю заняться в другом пространнейшем сочинении".
__________
Исчисление частей, входящих в составление небес.
1. О звездах отделенных.
Наша солнечная система, толь пространная, толь великолепная для глаз, есть ничто иное, как единица сего рода, которую автор первую рассматривает.
Под именем отделенных звезд он разумеет не то, чтоб сии звезды не имели никакой связи с другими звездами или с другими системами, ибо тяготение (gravitation) всегда их соединяет; но когда относительное их расстояние так велико, как то, которое отделяет наше Солнце, Арктуруса, Козу, Лиру, Сирия и проч., тогда можно их почесть столько независимыми друг от друга, что название отделенных им прилично.
Автор основывает сие мнение на одном весьма правдоподобном обстоятельстве, а именно, что поперечник годичного пути земли, наблюдаемый из звезды Сириуса, составлял бы хорду угла, не более как в одну секунду градуса и, полагая, что масса сей звезды равна массе нашего Солнца, вычисляет, что сии две звезды употребили бы 33 миллиона лет на упадение одна на другую, чрез действие тяготения, за вычетом противодействующих притяжений, производимых над ними другими отделенными звездами - действие, которое может держать сии два тела многие миллионы веков в состоянии, весьма подобном совершенной неподвижности. Сие-то состояние равновесия автор называет словом отделенности и приписывает оное в особливости нашему Солнцу.