Когда он искрою возник,
Когда ты в буре восходило
(А. Шенье),
(в черновой было еще: "Я зрел, когда ты разгорелось").
Общее Гераклиту и Пушкину восприятие мира, как движения или огня, естественно привело обоих к тожественному пониманию истины. Гераклит учил, что только приобщаясь божественному разуму, человек становится разумным. Поэтому он строго различал мнения двух родов: истинны те идеи, которые внушены индивидуальной душе Логосом, вселенским огнем,-- и они огненной природы; напротив, мнения, порожденные остылостью души, т.-е. чувствами и ощущениями, ложны, и оттого ложны все раздельные знания, кроме тех, которые питает Логос. Точно так же мыслит и Пушкин. Он полагает "солнце" -- т.-е. огонь,-- другими словами, абсолютную динамику человеческого духа,-- единственным источником истинного познания, равно --поэтического и философского. Мы знаем, что поэзия по его мысли -- огонь; но и правда -- огонь; поэтому он в образе солнца обобщает "музы" и "разум":
Да здравствуют музы, да здравствует разум!
Ты, солнце святое, гори!
Как эта лампада бледнеет
Пред ясным восходом зари,
Так ложная мудрость мерцает и тлеет