ст.Люботин, Южных дорог, имение Трутевой

4 августа 1909.

Дорогой Михаил Осипович!

Спешу ответить на Ваше письмо. Боюсь, что с "Вехами" начинается какая-то психопатия или мода, у нас все ведь так. Но я все-таки верю в более медленное положительное действие "Вех"9. При таком быстром распространении 3-го издания, конечно нужно приступать к 4-ому изданию. Полагал бы ограничиться 3000 экземпляров, скорее даже меньше, чем больше. Библиографию "Вех" было бы полезно поместить в 4-ом издании. Что касается неприлично большого гонорара, то мысль о нем меня скорее утешает, чем огорчает, так как мои материальные дела неприлично плохи. Кажется, я нашел возможность издать сборник своих статей и хотел бы знать Ваше мнение, удобно ли будет поместить в сборнике статью из "Вех", если он выйдет в конце ноября или начале декабря. Для меня важно было бы поместить эту статью, но я хочу считаться с интересами сборника "Вехи". Для 4-го изд. я никаких перемен не буду делать. Вышла книга В.Иванова "По звездам" (сборник стихов10). Если хотите, то я напишу для "Крит. обозр." рецензию об этой книге. Сообщите, согласны ли. Эту зиму буду жить в Москве, но приеду, верно, не раньше начала октября. Кроме задуманной мною философ[ской] работы о знании и вере, предполагаю скоро написать статью о Гюисмансе и католической мистике11 (прочту в Религ[иозно]-филос[офском] обществе). Привет Вам и Вашей жене от Лид[ии] Юд[ифовны]12 и от меня. Сообщите, когда возврат[итесь] в Москву.

Ваш Ник. Бердяев.

В газете "Приазовский край" была напечатана очень сочувственная статья о "Вехах" за подписью М.Шагинян. Номер в июне-июле13.

ПРИМЕЧАНИЯ

Письма С.Л. Франка

1 В начале октября 1908 Гершензон послал ряду философов письма с предложением принять участие в задуманном им сборнике. Уже 6 октября 1908 г., отвечая на упреки родных в краткости ответов на их письма, он -- пока глухо -- сообщал брату, А.О. Гершензону: "...у меня поневоле большая переписка с литературными знакомыми..." (QP ГБЛ. Ф.746. К.20. Ед.хр.9. Л.28). Позднее, 15 ноября, Гершензон писал ему же: "Расскажу под секретом. Мне пришло в голову, что теперь надо сказать русской интеллигенции горькую правду о ней; я составил план книжки, и недавно, когда Струве приезжал в Москву, мы собрались (с Кистяковским и Булгаковым), обсудили дело и распределили темы. Будут писать: