— Микитка!
Ребята из-за угла к нему, а он заливается:
— Жулики вы! Подлецы! Я думал всю церковь обману, все меня за попа примут, а вы мне все испортили!
— Как же ты, Микитка, здорово попом оделся!
— Да, здорово. Все утро рожу кирпичом тер, с паклей возился, бороду прилаживал, а теперь — на-ко-ся! вся по отклеилась! И подушки все порасползлись, никакого виду нет.
— Где же ты, Петушок, рясу взял?
— Моя ведь сестренка, Дунька, у попа служит. Он ее прибил, она, значит, со зла у него старую рясу подлапала. День-другой, говорит, подержать можно, не хватятся.
— Ну, брат, не горюй. Мы эту штуку отмочить всегда успеем. Только испортил ты нам дело, — мы тут было для батюшки каток устроили.
— Вот уж нашла коса на камень, — засмеялся Мишка Волдырь.
Когда все вернулись и уселись вокруг стола, Мишка Волдырь стал рассказывать.