Наконец, 26-я верста, вон видна уж 27-я.
Побежали. Вот он, столб.
— Сто шагов!
Все пошли от столба в разные стороны, отсчитывая шаги.
Двадцать. Сорок. Пятьдесят. Восемьдесят. Девяносто. Сто!
— У кого грушевка?
— Вот! Вот! И верх обломан! Ей-ей, она — завизжал Карасев.
Все к нему.
Конечно, она — не иначе. Как раз под ней бугорок насыпан, вроде холмика.
— Рой, ребята!