Мишка Волдырь едва успевал разматывать клубок крепкой веревки.
— Вира, вира, вира… Майна! — крикнул Кочерыжка, когда клубок подошел к концу.
— Высоко-то как! — удивлялась Нюшка; глаза ее совсем ушли в щеки, блестящими щелками она глядела вверх, в синеву.
— Еще веревки! — мучился Мишка Волдырь.
— Вот бежит, Шурка бежит, с клубком! — взвизгнула Фроська.
Второй клубок, пядь за пядью, ушел ввысь. Мишка Волдырь устал удерживать змей. Змей был точно белое пятнышко, веревки вверху не было видно. Он тянул все сильнее, Мишка боялся, что упустит его; он передал палку, к которой был привязан конец веревки, Вере.
Все надержались вволю, напосылали в небо телеграмм.
Потом все пошли обедать. На полянке остались только Шурка, Костя, Волдырь с Кочерыжкой и Фроська, — им еда не шла на ум.
Шурка Фролов привязал того поросенка, что побольше, к веревке змея.
— Подержи и ты малость, лодырь! Только знаешь, что хрюкать.