— Чистяков, что ж ты не идешь в совхоз?
— Зачем в совхоз?
— Как зачем? Сливы рвать!
— А кто звал?
— Садовник, кто звал! Со всего сада, пятьсот корней. Сколько хотите, говорит, ешьте, а сливы чтобы в два дня были сняты.
— Да мы их в полчаса оберем— просиял Чистяков. — А где все ребята?
— Уж давно пошли. Я и то за корзиной прибёг. Где это ты зазевался?
В саду — черт что делается. Французская слива слаще меду, махровым пушком покрыта. Уж как ветки тяжелы, а стволы-то как белы, в известь крашены от мурашины. Слива сладкая, с ветки падкая, не зевай, оголец, налетай, молодец, — знай, ешь, уминай, добрым словом поминай.
Под деревьями уже полные лиловые корзины. Только и слышно, как хлопают о землю тяжелые, сочные градины.
— Ну-ко, ну-ко, потруси дерево! — кричит Ерзунов Косте.