Хлоп, хлоп, хлоп, поднялись гуси, полетели, сели на воду.
«Хоть бы одного подшибить!» — тосковал Мишка.
Камень за камнем, все впустую, — плывут гуси, плывут, уходит Мишкино счастье.
Уж и камнем не достать.
Сел Мишка, пригорюнился.
Вдруг баба.
— Ах ты, такой сякой, куда ты моих гусей загнал!
Лицо красное, концы платка — по ветру, в руке хворостина.
Стеганула Мишку по загривку, — хворостина — надвое.
— Пропали мои птичушки! Разве, к лодочникам побежать!