Помощи Брауна, однако, не потребовалось. Неожиданно где-то рядом грянул выстрел, и олень, сделав последнее усилие, вырвался наконец из рук Гарпера и в конвульсиях рухнул на землю.
Ослепленный грязью, ничего не видящий Гарпер с гневом вскочил на ноги и крикнул в сторону, совершенно противоположную той, откуда раздался выстрел:
-- Кто смел стрелять?
-- Вауг! -- раздалось удивленное восклицание индейца, вышедшего в это время из чащи и пораженного уморительным видом вывалявшегося в грязи почтенного фермера.
Узнав голос Ассовума, Гарпер несколько успокоился и закричал племяннику:
-- Билл! Да иди же скорее сюда и отведи меня к ручью, надо хоть немножко отмыть эту проклятую грязь!
Браун подошел к дяде, протянул палку, за которую обеими руками тот ухватился, и таким образом оба они отправились к ручью. Едва Гарпер успел промыть глаза, как с новыми упреками набросился на краснокожего за то, что тот смел стрелять в его добычу.
-- Но, дядя, -- перебил его Браун, -- вы все равно дольше минуты не продержали бы оленя в руках!
-- Откуда ты это можешь знать? -- возмутился почтенный фермер. -- Да мой брат целую ночь держал одной рукой медведя за шиворот, когда...
-- Дядя, дядя, мы опоздаем на проповедь, если вы начнете рассказывать мне похождения своего знаменитого брата.