Этим только и можно объяснить, что переселенцам, живущим от соседей на расстоянии нескольких километров, удавалась расчистка под пашню девственной почвы, очистка ее от лесных великанов и пней, постройка жилища из гигантских толстых бревен, несмотря на то, что рабочую силу вся семья такого переселенца представляла прямо микроскопическую по сравнению с объемом работ. Все делалось руками соседей, собиравшихся сюда за десятки верст, и притом совершенно безвозмездно.
По мере того как хозяйства налаживались, переселенцы начинали заводить слуг -- надобность в таких размерах помощи все уменьшалась и требовалась разве что при совместной охоте да при случаях массовых конокрадств и убийств, с которыми фермеру в одиночку тоже справиться не удавалось.
Теперь основным связующим звеном между фермами становились женщины, знания которых по домоводству и скотоводству частенько нуждались в подкреплении опытом со стороны соседок. Беспрестанно жены фермеров верхом преодолевали быстрым галопом, не хуже мужей и братьев, большие расстояния за какой-нибудь справкой. Был и еще один повод не разобщаться. В этих пустынных местах, где не только докторов, но и коновалов-то нельзя было сыскать ни за какие деньги, врачебная помощь и хоть кое-какие познания ценились на вес золота. Правда, взрослое население Запада редко нуждалось в медицинской помощи, но дети частенько страдали и от нечистоплотности, и от недостаточного ухода. В таких-то случаях болезни ребенка и собирался целый консилиум соседок, являвшихся к матери больного дитяти каждая с каким-нибудь советом и рецептом.
Такой именно случай произошел в семье Аткинсов. Хотя миссис Аткинс за свой сварливый нрав и нелюдимость и не пользовалась особыми симпатиями, однако жены окрестных фермеров, узнав, что ее ребенок тяжко захворал, оставили личные счеты в стороне и явились с различными мазями, солями и порошками.
Было уже около полудня, маленький страдалец заливался криком, а дамский консилиум все совещался, не приходя ни к каким результатам. Кто советовал накладывать компрессы, кто -- пустить кровь, и так далее. Давали ребенку каломель [Каломель - хлорид ртути; применяется в медицине как противомикробное средство и как слабительное.], излюбленное их средство, и еще какие-то сиропы в таком количестве, что и взрослый бы не мог проглотить.
Как раз в это время по дороге от фермы Бариля к Аткинсу ехали три всадника, внимательно изучавшие каждую извилину дороги, каждый холмик, каждую тропинку.
Когда они поднялись на вершину холма, впереди на пригорке показался четвертый верховой и, размахивая шляпой, поскакал им навстречу.
-- Эй! -- закричал он еще издали. -- Чего вы тащитесь, как на похоронах? Я загнал свою лошадь, рассчитывал переменить ее на другую у Бариля и поехать с вами. Неужели не могли меня дождаться? Ведь переселенец не стал бы ждать меня на оседланной лошади на большой дороге, чтобы по первому знаку скакать за мной!
-- Конечно, он не ждал вас, но говорите скорее, догнали вы его? Соглашается ли он на ваше предложение?
-- Неужели вы думаете, что он мог бы отказаться? -- спросил Кук, равняясь с встретившимися товарищами. -- Это дало бы повод подумать о нем не слишком хорошо!