Опытный глаз Робертса, только что показавшегося из-за поворота дороги, сразу подметил все эти подробности обычной картины сельской жизни.
-- Ну, Баренс, вы должны простить меня! -- закричал он хозяину. -- Я, признаться, думал, что все ваши рассказы об удачных охотах -- выдумка, но эти милые птички доказывают противное, и нам, значит, не придется ночевать на пустой желудок, как я предполагал раньше. А может быть, стервятники собираются клевать какую-нибудь павшую корову?
-- Здравствуйте, дорогие гости, милости прошу! -- приветствовал Баренс подъезжавших охотников. -- Очень рад, что не забываете старика. А вам, Робертс, стыдно говорить такие вещи. У меня не найдется мяса? Да раньше мне доводилось добывать только собственным карабином по шестьсот-семьсот фунтов дичины в день! Вот Куртис может подтвердить это.
-- Так-то так, -- отозвался Куртис, -- но не забывайте, что в том числе было и изрядное количество домашнего скота.
-- Ах, полноте, милый друг, то были не домашние, а одичавшие буйволы и бараны! Ну, да все равно, об этом поговорим в другой раз. Слезайте же с лошадей, друзья мои, и входите в дом. Бетси, задай сейчас же овса лошадям, да присмотри, чтобы свиньи раньше не завладели кормом и не опрокинули ясли.
-- Баренс, мне слышится запах какой-то падали. Вероятно, поблизости околело какое-нибудь животное? -- спросил насмешливо Робертс, здороваясь с хозяином.
-- Больно у вас чутье невероятное, старина! Никакой падали нет. Если же вы судите об этом по орлам, то ошибаетесь. Они часто прилетают сюда, когда почуют запах убитой мною дичи.
-- Убитой вами? Так вы говорите, что это пахнет убитой вами дичью? Ассовум! -- сердито окликнул индейца старик, видя, что тот втихомолочку усмехается. -- Ты, вероятно, что-нибудь разболтал?
-- Нет, мой белый брат. Это хозяин третьего дня заколол маленькую свинью, а глупые птицы хотят уже ее склевать.
-- Уж не этой ли свиньей нас и будут сегодня угощать?! А где же олени? -- спросил продолжавший иронизировать Робертс. -- Ведь вы говорили, Баренс, что бьете их чуть не ежедневно.