Он сделал движение, чтобы уйти, но Том схватил его за руку.
-- Стойте! -- произнес он. -- Я не могу отпустить вас, прежде чем вы не объяснитесь. Ваша жена здесь, больная, полупомешанная, а вы расхаживаете по городу и в такой странной одежде, очевидно, чужой.
-- Я мог бы вовсе не отвечать вам, -- ответил Сандерс высокомерно, -- и улица, по правде говоря, не место для объяснений. Что вам за дело, почему я так одет, а не иначе? Но если эти подробности вас занимают, то вы можете узнать их от мистера Джеймса Лейвли. Далее я вам скажу, что сознаю сам, насколько такой костюм, вдобавок изорванный, неприличен для входа в дом мистера Дейтона, и потому желаю приобрести все новое и тогда же пойти к Дейтонам. Я вам очень признателен за вашу заботу о миссис Гэвс, но так как я уже здесь, то мог взять теперь эти хлопоты на себя и снять с вас эту обязанность или это удовольствие, как вам будет угодно назвать выражение вашего сочувствия.
Несмотря на всю развязность наглеца, Том не дал себя озадачить и только выпустил его руку, потому что спор, происходивший на улице, начинал уже привлекать внимание соседей. Многие из них выглядывали из окон.
-- Вы правы, мистер Гэвс, -- проговорил Том, -- улица не место для объяснений. Я пойду лучше с вами к мистеру Дейтону и там...
-- Не знаю, какое право имеете вы следовать за мной по пятам? -- гневно возразил Сандерс. -- Я уже сказал вам, что иду переодеться, для того чтобы иметь возможность пойти к Дейтонам, но я вовсе не желаю, чтобы вы меня сопровождали. Кажется, это понятно?
-- Даже очень, -- сказал Том. -- Во всем вашем поведении есть тайна, но я постараюсь ее открыть. Но вот, кстати, и сам мистер Дейтон.
Дейтон шел, действительно, к говорившим и закричал еще издали:
-- А, мистер Барнвель! Очень рад вас встретить. Я был на берегу, у пароходной пристани, надеясь застать вас там, но мне сказали, что вы пошли в эту сторону.
-- Да, -- сказал Том, -- я пошел сюда и, благодаря этому, имел удовольствие нагнать мистера Гэвса.