Новое шумное аллегро Адели прервало и на этот раз словоизлияния миссис Бредфорд, и мистер Дейтон спросил у молодого человека, в чем заключается дело, о котором он хотел ему сообщить.
-- Никакого дела нет, сэр... -- Произнеся это, мистер Лейвли с каким-то отчаянным порывом сунул обе руки себе в карман и тотчас выдернул их обратно, точно натолкнулся на горячие уголья. -- Никакого, сэр... Но матушка полагала... то есть, отец говорил... что если вам будет угодно... то есть, если ваши дамы пожелают... приехать к нам... то есть, если вам это приятно... и погостить... сколько будет угодно, то есть подолее... Матушка надеется...
Приглашение, очевидно, нисколько не касалось миссис Бредфорд, но она сочла необходимым откликнуться на него прежде всех.
-- Миссис Лейвли, право, слишком любезна! -- воскликнула она. -- Правда, вода в Миссисипи прибыла, и вся река запружена судами, но все же перебраться можно, и хотя теперь самый разгар торговли, всегда есть возможность найти недельку-другую, чтобы погостить у добрых соседей. Мой покойник неустанно твердил: "Луиза, ты не знаешь, что значит доброе соседство!" Поблагодарите вашу матушку, мистер Лейвли... На будущей неделе непременно приеду.
Сказав это, она принялась пить чай, а Джеймс окаменел от ужаса. Мысли его так спутались, что он задал себе вопрос, не пригласил ли он и в самом деле эту ужасную болтунью, которую не терпели в его семье? И только ласковый тон миссис Дейтон привел его в чувство.
-- Мы будем у вас непременно, -- проговорила она. -- Но садитесь ко мне поближе, расскажите о себе... Поправился ли ваш отец?
-- Ему гораздо лучше, миссис Дейтон, недавно мы с ним охотились на медведя, уже по этому вы можете судить о состоянии его здоровья.
-- И он по-прежнему ходит босиком? -- спросила Адель.
-- Это у него дурная привычка, -- заметил Дейтон. -- В ней причина его лихорадок. Скажите вашей матери, что она напрасно не настаивает на том, чтобы он носил обувь.
-- Да что может сделать матушка? -- возразил молодой человек. -- Разве он послушается? Вы не знаете, до чего он упрям.