Надобно при этом вспомнить, что после смены Тюфяева чиновники, видя мои довольно хорошие отношения с новым губернатором, начали меня побаиваться.
Я остановил его рукою и спросил очень серьезно:
- Как вы могли велеть, чтоб мне не давали лошадей? что это за вздор на большой дороге останавливать проезжих?
- Да я пошутил, помилуйте - как вам не стыдно сердиться! лошадей, вели лошадей, что ты тут стоишь, разбойник! - закричал он рассыльному. Сделайте одолжение, выкушайте чашку чаю с ромом.
- Покорно благодарю.
- Да нет ли у нас шампанского?.. - Он бросился к бутылкам - все были пусты.
- Что вы тут делаете?
- Следствие-с - вот молодчик-то топором убил отца и сестру родную из-за ссоры да по ревности.
- Так это вы вместе и пируете?
Исправник замялся. Я взглянул на черемиса, он был лет двадцати, ничего свирепого не было в его лице, совершенно восточном, с узенькими сверкающими глазами, с черными волосами.