Апреля 22, 18<35>. Казань.
Далеко, далеко умчало меня, друг Natalie! Страшное положение быть доведену до такого одиночества, в котором надобно в себе одном искать всё, нет человека, нет груди дружеской на этом пути, нет звука понятного им... Виноват. Воспоминания -- надгробный памятник прошедшему, но памятник живой, и природа, с другой стороны -- вот что у меня осталось. Я рассеян, мне мудрено это движение после 9 месяцев тюрьмы, я не могу себе еще дать ни в чем отчета. Неси же, неси же, буря, которая увлекла меня, я вверяюсь тебе.
Часто вижу я Москву и вас всех во сне -- сон есть положительное добро, и как хороши сны иногда, и будто бы это вздор, ведь живем же, когда спим, и помним сон, как быль.
Прощай.
Твой брат Ал. Герцен.
Ты получишь отсюда казанский гостинец от меня. Чем богат, тем и рад.
Эмилье Михайловне кланяйся и скажи, чтоб она не забывала приятелей и друзей за одною далью.
На обороте: Наташе.
36. Н. А. ЗАХАРЬИНОЙ
29 апреля 1835 г. Пермь.