Печатается по автографу (ЛБ). Впервые опубликовано: РМ, 1893, 6, стр. 28 -- 30. На автографе помета Герцена: "72".
Ответ на письмо Н. А. Захарьиной от 23 -- 28 апреля 1836 г. -- Изд. Павл., стр. 84 -- 87.
Ты, кажется, желаешь, чтоб я писал к княгине ~ преглупое письмо. -- Отклик на строки о княгине М. А. Хованской в письме Натальи Александровны: "Вчера я говорила о тебе с к<нягиней>. Она сердится, что ты не вспомнишь о ней, даже не припишешь никогда почтения. "Он воображает
что ему никто по нужен", -- прибавила она. Я думаю, это можно сделать ...впрочем, как ты думаешь <...> Да надо тебе помириться с княгинею, а то она говорит, что, когда ты возвратишься, она не будет позволять быть нам вместе, уверившись, что ты непременно должен сделаться хуже, живши на воле, за глазами" (Изд. Павл., стр. 86). "Преглупое письмо", как и остальные письма Герцена к М. А. Хованской, остается неизвестным. 10 июня Наталья Александровна извещала Герцена. "Твое письмо и просвиру к<нягиня> получила еще в Москве и чрезвычайно была довольна Ну, теперь, мне кажется, вы немножко помирились. Впрочем, она заметила, что "ты, плутяга, знаешь с чем к кому подъехать". Но это почти необходимо было: она очень сердилась на тебя, а вперед это могло бы послужить большим препятствием нам видеться" (там же, стр. 99).
О какой второй разлуке ты говоришь беспрерывно? -- 25 апреля Наталья Александровна писала Герцену: "...разве ты навсегда приедешь сюда? Эта мысль расстроила целый храм, созданный из счастливых мечтаний. Навсегда ль, навсегда ль ты взойдешь, мое солнце, или лишь сегреешь мою душу и закатишься опять в синюю даль?.." (там же, стр. 85). На следующий день она приписала: "Вчера не могла я писать более. Так всегда лишаюсь я всех способностей при посещении мрачной мысли о новой разлуке, -- все отпадет от сердца, все -- туман кругом, снег ляжет на душу, и одна молитва, одна вера может только утешить меня в эти грустные минуты..." (там же).
Сейчас возвратился я с Великой реки... -- Ежегодно 23 мая на Великой реке близ Вятки торжественно отмечался праздник "чудотворной иконы" Николая Хлыновского. Подробное описание этого "дикого зрелища" см. во второй части "Былого и дум" (VIII, 291 -- 292).
...при сем письмо к Emilie... -- Письмо к Э. М. Аксберг неизвестно. 26 апреля Н. А. Захарьина писала Герцену о ней: "Она велела сказать тебе, чтоб ты забыл ее, забыл ее несчастье и не писал бы к ней, потому что слово "счастье" для нее теперь непонятный, пустой звук. Она также к тебе не будет писать, "чтобы не затуманить его ясного неба", -- говорит она. Свой язык теперь ей непонятен, в нем каждое слово звучит любовью, счастьем, а это ей так же далеко, так же незнакомо, как занебесье. "Избави бог, но ежели, когда он научится говорить понятным мне языком, тогда пусть напишет, я отвечу ему", -- сказала она мне <...> Пиши к ней, Александр, я прошу тебя, мой друг, твои письма, я знаю, приносят ей утешение" (Изд. Павл., стр. 86). 8 июня Н. А. Захарьина сообщала Герцену: "К Kmilie отослала твое письмо. Чье страданье не умалится от вдохновенных, от святых слов твоих?" (там же, стр. 101).
В выписанном тобою месте из письма С<атина> я не вижу того пылкого чувства, которое ты видешь в них. -- В своем письмо Н. А. Захарьина писала о Сатине: "Ужели он не любил ее, когда писал к ней из Симбирска?" и приводила следующий отрывок из письма Сатина к Э. М. Аксберг: "Тотчас же но прибытии в Симбирск я спешу написать тебе, мой ангел, моя подруга. Никогда я не был столь одинок, как здесь; никогда я не испытывал такой потребности знать, что существует душа, находящаяся в гармонии с моей и образующая, так сказать, вторую половину моего я <...> и однако, я еще не уверен, что обладаю этой дорогой половиной, столь необходимой для того, чтобы быть целым существом; однако полуподозрения гложут иногда мою душу... и это смешаное чувство мучительно для меня" (перевод с французского, Изд. Павл., стр. 87).
19 мая 1836 г. Э. М. Аксберг писала Н. А. Захарьиной: "Да почему ты так уверяешь Александра в любви моей к N. <Н. М. Сатину), а N. ко мне, неужели он но верит; быть может, что N. притворяется, но я люблю, и чем, кажется, нельзя обманываться, и что он меня некогда любил, то видно из его писем -- не правда ли, что я не мечтаю" (ЛБ).
Ответ Н. А. Захарьиной от 1 -- 5 июня 1836 г. -- Изд. Павл., стр. 97 -- 99.