9 октября (27 сентября) 1849 г. Женева.
9 октября 1849. Женева.
Жизнь, любезная Татьяна Алексеевна, равно не назначена ни для наслаждения, ни для горести, жизнь -- следствие, событие, необходимость. Я согласен с вами, что нет тягостнее, прозаичнее и оскорбительнее зла, как недостаток денег, я с ним рядом поставлю одно -- хроническую болезнь. Но не думаю, чтоб вы были совершенно правы, говоря о Мар<ье> Алексе<евне> Т<учковой>: за пределами двух страшных бедствий -- болезни и безденежья -- раскрываются новые стороны плача. Уверяю вас, что я не вижу, давным-давно, веселого лица (мы иногда хохочем, как безумные, как дети, глупому каламбуру, пошлой остроте -- но это пустой, селезеночный смех, который проходит, не утешая, не помогая, а оставляя только оглушение). Все мыслящее, чувствующее здесь поражено горем, да, сверх того, по большей части также и нуждой. Шаткая непрочность всего состояния, жизни, общественного положения никогда не была больше чувствуема -- это точно начало преставленья света. А тут холера, ходит да подметает запоздавших -- что делать? Искать твердости в себе, удаляться -- так, как делали первые христиане, -- от людей, от домов, ...толпы едут в Америку, но они ошибутся, надобно, сидя на том же месте, уехать ото всего, а уж в Америке ли или на Плющихе -- это, право, все равно.
Теперь относительно денег -- я писал месяца полтора тому назад, что если вам нужно, где и как взять Грановскому. Но теперь прошу еще проще сделать, и именно отправить Сергея к Егору Ивановичу, которому писано уже, и взять у него на поручения, данные мною, сколько вам на первый случай надобно до 500 руб. асс. или, еще проще, напишите ему записку -- может, он сам пришлет деньги. -- И об этом ни слова более; до сих пор мои дела идут недурно, и я могу, без малейшей утраты, иногда поделиться. -- Но так как речь зашла о делах, то прошу Сергея написать мне, как именно переведен огаревский долг, кто будет и кому платить проценты и пр. и пр. Мне писал Гранов<ский>, да не подробно, а Сергей, кажется, ездил по этому делу.
"Море" Айвазовского оставьте до поры до времени у себя, портреты также. А впрочем, если б кто хотел купить "Море", я бы продал за ту же цену, за которую сам купил, -- за 200 рубл. сер. Чичерин когда-то хотел и Павлов. -- Узнайте. -- Другие картинки Галах<ова>, о которых я совсем забыл, принадлежат Фролову, о чем ему сообщите. Засим прощайте, твердым шагом в жизнь марш.
"Погоди немного, отдохнешь и ты".
116. Э. ГЕРВЕГ
10 октября (28 сентября) 1849 г. Женева.
Рукой Н. А. Герцен:
Chère Emma, je craindrais joindre mes рrièrеs à celles de Sacha et t'assurеr que "tu seras très contente de nous revoir", mais je répèterai ce que j'avais déjà dit il у a longtemps, qu'il me semble qu'il n'y aura d'harmonie et de bonheur pour nous que quand nos familles seront réunies. Je me représente la vie si belle, je me représente une vie nouvelle avec vous dans un petit coin du monde... Je ne sais pas avec qui nous pourrions rester mieux, nous pourrions rester encore avec les O seulement. -- Chère Emma, sachant tous les embarras, tous les obstacles -- je n'ose ni te conseiller, ni te prier... mais je pense que si tu le désirais autant que nous, tu serais venue.