Пишите на имя Соnfiéе aux soins de Monsieur Torlonia. Только вы меня искренно обяжете не франкируя письма и
. -- Вероятно, Боткин уж вручил портреты.
На обороте: Его высокоблагородию Григорию Ивановичу Ключареву.
Неизвестной рукой: На Кузнецкой улице, что за Москвою-рекой, позади Пятницкого частного дома, в собственном доме.
25. Т. А. АСТРАКОВОЙ
Около 20 ноября 1847 г. Ницца.
Рукой Н. А. Герцен:
Пишу тебе, Таня, только для того, чтоб дать весть о себе, знаю, как тяжело долго быть в неизвестности, вот ты меня избаловала твоими письмами, и как долго нет -- все думается, что с тобой? Большого письма не расположена писать, ты получишь ее по городской почте, я вложу ее в маменькино письмо к Е<гору> И<вановичу>. -- На днях мы получили от всех письма, от тебя нет, что же ты не пишешь? Пиши теперь в Рим, рoste restante. Известие о Грановском потрясло нас до основания; не могу воротиться в прежнее русло, разрывается вся внутренность. Пиши мне все, что знаешь о них, и со всевозможною подробностью. Что бы дал и что бы сделал для того, чтоб уладить жизнь -- я не говорю людей необходимых для нас, -- людей, необходимых для человечества, -- да ничто не поможет ничто, ничто! Давно не было такого толчка. -- Пиши. Обнимаю тебя.
Мы в Ницце уж три недели, первую я наслаждалась здешним климатом, а остальное время все хворала, через два дня едем в Рим. Будь здорова, пуще всего.