До свиданья. Разумеется, мы, вероятно, к лету у вас на Девичьем Поле.
На обороте: Татьяне Алексеевне Астраковой.
70. Г. И. КЛЮЧАРЕВУ
12 февраля (31 января) 1849 г. Париж.
12 февраля 1849. Париж.
Давно я не писал к вам, почтеннейший Григорий Иванович, между прочим, потому, что я через Егора Иванов<ича> уведомлял вас о получении вашего письма. -- Я знаю, что вы имеете ко мне много дружбы, но теперь я попрошу вас прибавить несколько доверия. Могли ли вы только подумать, что я пущусь в такие обороты, как Сергей Львович? Я до такой степени неповоротлив в этом отношении, что без полного обсуждения дела, без взвешивания всех шансов за и против я не стал бы рисковать долею капитала -- который считаю, как писал вам, достоянием детей. Опыт на первый случай подтвердил мои соображения: весь капитал, употребленный мною, уже возвратился и третьёгодня Ротшильд сообщил мне, что капитал к моим услугам, но только вместо 20 т. возвратились 25 т. -- из Нью-Йорка. Этот капитал я отправлю впоследствии через Колли и Редлиха в Московскую сохранную казну. Будьте же уверены, Григорий Иванович, что я только в том случае предпринимаю что-нибудь финансовое, когда просто совестно не поднять выгоду. Дело все в том, что здесь именно теперь наличные капиталы спрятались или на время увязли. Такие люди, как Ротшильд, не занимаются мелкими (с их точки зрения) оборотами -- а те, которые занимались ими, -- у тех капиталы компрометированы.
Теперь попрошу вас насчет векселей Дмитрия Павловича. Вы писали мне, что он весною намерен уплатить их, потрудитесь спросить Дм<итрия> Павл<овича>, не позволит ли он в том случае, если он не заплотит до мая месяца (и это положительно), передать вексель Егору Ивановичу, разумеется, если Егор Иванович согласится тотчас выплатить, о чем я попрошу вас и у него спросить, -- выгода для него очевидная в увеличении процентов. Мне хочется иметь в распоряжении эти деньги; если Егор Ив<анович> не согласится, я передам маменьке, просто можно бы переписать векселя, скоро будет им десять лет. Скажите Егору Иванов<ичу>, что я сочту за истинное одолжение, если он это сделает, -- с его стороны, а равно и со стороны Дмитрия Павловича. Жду от вас ответ на это предложение и прошу не очень медлить, ибо у меня еще есть разные проекты.
Егор Иванович всё покупает домы. Я очень был бы не прочь купить в Москве вместо моего бывшего дома -- новый. На всякий случай, если что-нибудь представится, то отметьте, пожалуйста. Я полагаю непременно, если не к началу, то к концу лета пуститься в обратный путь. Главное условие, во-первых, что я дороже 25 т. серебр. дома не куплю -- и это уже самая высшая цена, второе -- дом должен быть непременно на высоком месте, с садом. Я помню возле дома Боткина на Маросейке удивительные дома. Кстати, что Егор Иван<ович> чинит с моим домом, попросите его кончить купчую; маменька желает теперь уступить ему и тучковский -- не лучше ли было бы процесс об земле вести Егору Ив<ановичу> от своего имени, потом какая же перемена для дела, кому принадлежит дом. Я бы очень желал покончить это. Что отвечал вам департамент внешних сношений насчет доверенности из Рима? Если есть затруднение, пришлите билеты сюда, застрахованные и на имя Ротшильда с передачей мне. Кстати, скажите Данилу Даниловичу при свиданье, что Рот<шильд> мне говорил, что у них затрудняются второй (французской) надписью, но она необходима, без нее билет если б пропал, то его предъявили бы как неизвестный, а потому им невозможно не гарантировать себя.