Заканчиваю свое завещание каламбуром -- Mut der Konsequenz: Er Exlz!
Но не уезжайте же до осени из Парижа, а если уедете -- то уезжайте один.
А. Герцен.
[180] "Ваши преследования и ваше гнусное поведение заставляют меня повторить вам сегодня перед свидетелями то, что я вам уже давно написала. Да, мое увлечение вами было велико, слепо, но ваш характер, вероломный, подлый, еврейский, и ваш необузданный эгоизм вскоре явились передо мной во всей безобразной наготе своей -- в момент вашего отъезда, так же, как и после. В то самое время как достоинство и преданность А<лександра> росли с каждой минутой. Моя несчастная страсть послужила только пьедесталом, чтобы поднять на новую высоту мою любовь к нему. Этот пьедестал вы попытались покрыть грязью, но вам ничего не удастся более сделать против нашего союза, неразрывного и непотрясаемого теперь больше, чем когда-нибудь. Ваши низкие и клеветнические доносы против женщины внушают моему благородному другу лишь презрение и отвращение к вам, -- вы полностью обесчестили себя этой низостью. -- Куда же делись ваши протестации в религиозном уважении моей воли, обожании моих детей (!), ваши клятвы скорее исчезнуть с лица земли, чем смутить покой Ал<ександра>... -- Разве я не всегда говорила вам, что я и дня не переживу в разлуке с ним, что если б он меня оставил или умер, -- я осталась бы одна до конца жизни? Что касается до моего обещания когда-нибудь навестить вас, -- да, я его сделала, у меня была потребность сделать это, во мне была еще жалость к вам, ибо я хотела по-человечески проститься с вами. Вы сделали для меня невозможным исполнение этого обещания. С самого отъезда вы не переставали пытать меня, добиваясь других обещаний. Вы хотели исчезнуть на годы, уехать в Египет, унося с собою тень надежды. [Видя, что вы не] Когда вы увидели, что это вам не удалось, вы сделали мне множество нелепых и смешных предложений и кончили тем, что стали угрожать публичностью, угрожать разлучить меня с Ал<ександром>, заставить его убить вас, драться с вами на дуэли; наконец, вы сказали, что не остановитесь ни перед каким преступлением, чтобы достигнуть своей цели [вы хорошо выполняете обещанное] -- запугивания уже не действуют на меня, вы их слишком часто повторяли. Мне остается только вам повторить то, что я сказала в последнем письме моем (от октября или сентября 1851 г.): "Если б я не могла остаться как мать, как жена, я осталась бы нянькой, служанкой. Я остаюсь в моей семье, моя семья -- мой муж и мои дети, между вами и мной нет моста. Вы мне сделали отвратительным самое прошедшее".
[Ваши запугивания, ваши угрозы самоубийством, убийством больше уже не действуют на меня, вы их слишком много раз повторяли... а ведь именно теперь для вас подходящий момент отделаться от жизни, достигшей предела позора]" (франц.). -- Ред.
[181] непогрешима (франц.). - Ред.
[182] что в человеческих силах (франц.)<. - Ред.>
[183] суда чести (франц.)<. - Ред.>
[184] это пробуждение льва (франц.). - Ред.
[185] при закрытых дверях (франц.)<. - Ред.>