НЕИЗДАННЫЕ ПИСЬМА А. И. ГЕРЦЕНА к Н. И. и Т. А. АСТРАКОВЫМ
ПРЕДИСЛОВИЕ
2 мая 1869 г., в семнадцатую годовщину смерти жены, А. И. Герцен переслал своим детям (Александру, Наталье и Ольге) записку, полученную им от Татьяны Алексеевны Астраковой. Герцен просит детей сохранить эту записку (она до нас не дошла), свидетельствующую о "религиозной любви" Астраковой к их матери, Наталье Александровне Герцен.
Этими двумя словами Герцен охарактеризовал с исчерпывающей меткостью чувство, пронесенное Астраковой через всю ее жизнь: более преданного друга у Н. А. Герцен, пожалуй, не было. "Другой такой женщины, какова была она, нет, не было и не будет", писала Астракова в 1873 г. ее дочери. И Н. А. Герцен отвечала своему другу такой же привязанностью. В недавно опубликованном письме к А. И. Герцену, написанном через 7 месяцев после смерти Натальи Александровны (8/20 января 1853 г.), Астракова говорит: "Мне сдается, что я духовно была очень близко связана с ней, что ни с кем и никогда не была она так откровенна, как со мной; была ли то невольная симпатия или она чувствовала мое влечение безграничное к ней, только часто и много она говорила со мною о таких вещах, о которых, вероятно, если [не] никому еще, так очень немногим говорила" ("Литературное Наследство", т. 62, М. 1955, стр. 17).
Этой "религиозной любви" обязаны мы тем, что до нас дошло свыше 260 писем и записок Герцена и его жены, адресованных к Т. А. и Н. И. Астраковым, и что мы имеем возможность ввести в научный оборот значительное количество доселе не бывших в печати писем Герцена.
К сожалению, сведения об адресатах писем крайне скудны, и очень немногое прибавляет к ним вводная заметка в последнем, 62-м, томе "Литературного Наследства", предваряющая публикацию четырех писем С. И. и Т. А. Астраковых к Герцену и одного письма С. И. Астракова к Н. П. Огареву -- поистине "незначительной части обширной многолетней переписки", как замечает редактор. Сведения эти ограничиваются несколькими заметками в энциклопедических словарях и в комментариях к письмам, -- заметками, обнаруживающими явную взаимозависимость.
Братья Астраковы -- Николай, Сергей, Владимир и Михаил -- "были сыновьями вольноотпущенника, мелкого чиновника-копииста Московского уездного правления питейного сбора Ивана Васильевича Астракова".
Н. И. Астраков (1809-1842) поступил в Московский университет в 1827 г. и окончил его в 1831 г. по физико-математическому отделению, получив степень кандидата. Через H. M. Сатина, которому Астраков давал уроки математики, он сблизился с А. И. Герценом, поступившим в университет в 1829 г., и с другими участниками кружка Герцена-Огарева. В 1836 г. получил степень магистра. Преподавал математику в нескольких учебных заведениях Москвы, помещал переводы в журнале профессора М. Г. Павлова "Атеней" и напечатал статью "Об образцовой ферме" в "Отечественных Записках" 1841 г. 12 февраля 1842 г. он умер от тяжелой болезни, вероятно, водянки (см. письмо Н. П. Огарева к жене: М. Гершензон, "Образы прошлого", М. 1912, стр. 467).
Т. А. Астракова (1814-1892) -- двоюродная сестра Н. И. Астракова ("Лит. Наследство", т. 62, стр. 9), вышедшая за него замуж в 1837 г. Девичья ее фамилия неизвестна -- она не указана ни в одной из немногочисленных заметок о Т. А. Астраковои. Посылая Н. А. Герцен-дочери в 1875 г. сделанный в 15-летнем возрасте рисунок головы Иоанна-Крестителя, Т. А. Астракова прибавляет: "Подпись я сейчас только написала -- это моя прежняя фамилия" (из неизд. письма) но рисунок этот не сохранился. Т. А. Астракова обладала недюжинным талантом к живописи и брала уроки у В. Л. Тропинина, о котором напечатала в "Московских Ведомостях" (1857) ценные воспоминания. В 50-х годах занялась литературной деятельностью и напечатала (анонимно или под псевдонимами) несколько повестей в "Русских Ведомостях" ("Живописец", "Бедный музыкант"), "Современнике" ("Воспитанница", 1857) и др. повременных изданиях. Повесть "Воспитанница", по мнению некоторых комментаторов, имеет автобиографическое значение; по мнению других -- в ней описана жизнь Н. А. Герцен у кн. М. А. Хованской {См. А. И. Герцен. "Полное собрание сочинений и писем" под ред. М. К. Лемке, т. IX, стр. 19 (цит. далее как "изд. Лемке").}. Последнее вряд ли справедливо: между сюжетом повести и биографией Н. А. Герцен нет почти ничего общего. Умерла Т. А. Астракова в бедности, пережив почти всех своих сверстников и друзей. Незадолго до смерти она писала Н. А. Огаревой-Тучковой: "Я как Вечный жид -- осуждена скитаться по белу свету, пока кто-нибудь сжалится и засыпет меня землею". ("Архив Огаревых", М. 1930, стр. 281).
Главной заслугой Т. А. Астраковои перед историей русской общественности являются, однако, не ее забытые ныне литературные опыты, а те страницы ее записок об А. И. и Н. А. Герценах, которые вошли в известные воспоминания ("Из дальних лет") Татьяны Петровны Пассек, печатавшиеся в "Русской Старине" с 1872 по 1887 г. и затем дважды вышедшие отдельными изданиями (в 1878-89 и 1905-6 гг.). Записки эти, при всей их краткости, относятся к наиболее ценным по достоверности и фактическому материалу страницам объемистых и во многом ненадежных мемуаров Т. П. Пассек. В одном из неизданных писем к Н. А. Герцен-дочери ("Тате"), от 15/27 февраля 1877 г., Т. А. Астракова рассказывает об обстоятельствах, побудивших ее написать воспоминания: "...когда вдруг обозначилось, что у меня осталось только 2000, да и на эти нельзя получить более 6%, тогда я увидела, что мне нужно хлопотать в богадельню, а идти в богадельню куда не хочется, -- ну я и опять подумала: буду кое что продавать, буду кое что зарабатывать; в это время Пассек (Т. П.) предложила мне писать записки о твоем отце {Т. П. Пассек давно уговаривала Астракову писать воспоминания о Герцене. В письме к Н. А. Герцен-дочери, от 20 июня 1874 г. (неизд.), Астракова пишет о Пассек: "и все толкует мне: пишите, пишите все, что знаете и что вспомните о нем -- ведь это достояние истории!!... Смотрите, чтобы не пропало ни одно его слово!!..."} с приложением его писем и обещала платить мне по 25 с. р. с листа (получала сама по 50 с. р. -- но лишек она брала себе за исправление записок и слога, и корректуру) -- я согласилась, тем более, что она обещала мне все после возвратить. Подумала, подумала я, что ведь все это [письма родителей. Л. Д.] я обещала тебе -- но что же делать -- нужда! и решилась. [...] Постараюсь выручить от Пассек и письма и свои записки, и тоже передам тебе. Из моих записок в печати очень много повыкинуто, я писала подробнее и как мне кажется интереснее -- у меня было написано целые тетради[курсив наш. Л. Д.], а они напечатали только с небольшим лист, да еще, говорят, будет тоже лист или два, -- ну это даже меня взбесило". -- Где в настоящее время находятся эти несомненно интереснейшие тетради с неиспользованными Т. П. Пассек записями Астраковой -- неизвестно. Повидимому, они не были возвращены автору, как не были возвращены и оригиналы большинства опубликованных Т. П. Пассек писем Герцена и его жены к Астраковым {Из восьми напечатанных Т. П. Пассек писем А. И. и Н. А. Герценов к Т. А., Н. И. и С. И. Астраковым в публикуемой ныне коллекции оказались подлинники лишь одного письма А. И. Герцена (см. No 19) и одного письма Н. А. Герцен; подлинники остальных шести писем Т. А. Астракова, очевидно, не могла "выручить от Пассек".}.