(Кроме письма No 1 -- 1832 г., Москва)
1. Н. И. АСТРАКОВУ
Москва 1832 года Февраля 11.
Почтеннѣйшій Николай Ивановичъ!
Придерживаясь древнему Рускому правилу, что раскаяніе есть полъ-исправленія, я принялся за перо, не для того, чтобъ оправдываться, но для того чтобъ раскаяться и попросить прощенія, которое надѣюсь и получить. Я давно уже долженъ бы былъ переслать къ Вамъ Бруно и Систематику, но то хлопоты ученья, то хлопоты разъсѣянья такъ плотно заняли время, что не нашлось свободной минуты которою бы я могъ посвятить блаженной памяти Іордано Бруно, и системѣ системъ Максимовича. Второе напоминовеніе сдѣлало меня подѣятельнѣе и Вы получите Бруно. О((бъ)) систематикѣ еще не знаю. Максимовичу я вручилъ деньги; но книги еще не получилъ, а поелику онъ часто улѣтаетъ въ міръ идеальный на поэзіи тычинокъ, пестиковъ и спиральныхъ сосудовъ, то и не мудрено, что забудетъ; ежелиже получите ее то совѣтую (извините въ дерзости) прочесть, его изящнѣйшее твореніе по сей части, чисто философское направленіе и высокое понятіе о наукѣ -- и наукахъ естественныхъ.
Желалъ бы я сообщить Вамъ что нибудь новое, но гдѣже взять? Москва -- мимо, политика -- мимо, шумъ свѣтскій -- мимо, Университетъ -- sta viator! Ето наша bien-aimée école normale, какъ говоритъ Кузенъ. Значитъ [?] { Покрыто КЛЯКСОЙ. } что новаго? Наше отдѣленіе всё также изящнѣйшее, всё тоже рвеніе къ Математикѣ и таже ненависть къ натур[альной] исторіи. У насъ всё также блестятъ Носковъ, Кирьяковъ и Лукьяновъ. Фишеръ вышелъ, его мѣсто заступитъ его сынъ. Остальное по старому. Чумаковъ не перемѣнился ни на волосъ; да какъ ему перемѣниться, умнѣть въ ети лѣта [?] нельзя, глупѣть невозможно -- до дна глупости дошелъ. -- Мягковъ? о Мягковъ чудо, онъ вчера кричалъ:
"45е. Когда говорится (тутъ онъ поправилъ галстукъ) "Артиллерія ѣдетъ, ето не значитъ что ѣдетъ наука; но орудія "артиллерійскія".
Какова 45 тактическая ѳеорема?
Въ словесномъ отдѣленіи мѣсто Гаврилова занялъ Надеждинъ.
Изъ вашихъ товарищей знаю о трехъ: Леонидъ Пассекъ былъ въ Мальтѣ и отправился на Греческіе острова гдѣ получилъ чинъ Мичмана; Николай Смирновъ въ Петербургѣ Богъ знаетъ зачѣмъ, а А. Савичь здѣсь; говоря объ Савичѣ, я не могу умолчать о томъ что онъ мнѣ даетъ уроки изъ Астрономіи единственно изъ благорасположенія ко мнѣ, жертва которую я въполнѣ умѣю цѣнить и буду цѣнить, по сему за долгъ поставилъ и Вамъ сказать о етомъ благородномъ поступкѣ, à propos онъ выдержалъ екзаменъ Магистерскій.