Это удовлетворение политической гимнастикой подорвало старые радикальные и либеральные партии. Новые люди потеряли интерес к их препинаниям. Да и как было его не потерять?
В пятнадцать лет радикального владычества в Женеве ее законодатели не коснулись до целого ряда готически-патриархальных узаконений, пропитанных крепостничеством и неуважением к самым элементарным правам лица.
Чтоб убедиться в этом, не угодно ли взглянуть на текст "книжонок" или permis de sejour [видов на жительство (фр.)], выдаваемых всем иностранцам - и в том числе швейцарцам других кантонов. Каждый "не женевец" безапелляционно отдан во власть, того часовщика, которому на ту минуту вверен полицейский хронометр. Он может иностранца выслать за дурное поведение. Законодателям не пришло даже в голову определить, что такое дурное поведение; для кальвиниста, например, ходить в католиче-скую церковь - самое скверное поведение. Далее штрафы за просроченные дни, поборы за житье в Женеве - сверх всякого рода поборов за дом, мастерскую, за то и се. Вот тебе и post tenebras lux!
Я указал, например, одному из старых правительственных радикалов унизительный текст, который жег мне руки.
- Все это или совсем не исполняется, или on fait semblant [Здесь: делают вид, что исполняют (фр.)].
- Что же, вы это храните как приятный сувенир - и вам это было не гадко?
- Если б вы знала, сколько мы выбросили старого хлама.
- Чего же было жалеть остальной?..
- Вы знаете наше положение - особенно какое оно было после тысяча восемьсот сорок восьмого… Франция, Австрия, Пруссия.
- Это другое дело - стало быть, вам было нужно, нравилось иметь в ваших руках - знаете - " такую… единую власть…