Тѣнистыя деревья изгибались вѣтвями другъ къ другу и намъ казалось, что они тоже принимаютъ участіе въ нашей бесѣдѣ и говорить, и шепчутъ о Дыгасѣ, о силѣ пѣнія, о красотѣ звуковъ, о побѣдѣ и искусства, объ умиротворяющемъ значеніи искусства, о бальзамѣ искусства, о томъ, какъ оно врачуетъ наши душевныя раны.
А ранъ много. Много ихъ есть.
И каждый день несетъ новыя и новыя раны...
ЛОЭНГРИНЪ.
"Приазовскій край". 1916. No 162. 21 июня.