— Это какой Зарудин… Павла Кирилловича сынок?.. — спросил граф.
— Да, — ответила Бахметьева и снова обратилась к графине.
— Разве ты не слыхала, это случилось еще в феврале…
— Нет, что же с ним случилось?
— Какая же, граф, ваша жена хитрая, люди по ней с ума сходят, а она невинно спрашивает, что с ним случилось…
Граф метнул на жену проницательный взгляд. Та сидела бледная, как смерть.
Бахметьева сделала вид, что крайне смущена.
— Что с тобой, Талечка, прости, я не знала, что графу неизвестен наш глупый прошлый роман… Я думала, что ты, как жена… рассказала ему и вместе… посмеялась… — деланно взволнованным тоном заговорила она.
— Посмеяться никогда не ушло время, расскажите вы… хотя, вы правы, должна бы рассказать она, — прогнусил граф.
Во взгляде Алексей Андреевича, брошенном снова на сидевшую, как истукан, графиню, мелькнул огонек злобного торжества.