— Ты с самого начала, как я родился, поступила ко мне в кормилицы?
— С самого первого дня.
— И все хорошо помнишь?
— Еще бы не помнить! — тяжело вздохнула она.
— Скажи, пожалуйста, кто мой отец?
Лукьяновна побледнела и даже попятилась назад при этом вопросе.
— Знать-то, я знаю… — сказала она, понижая голос до шепота и пугливо озираясь по сторонам. — К чему это вздумалось тебе спросить?
— Мне бы хотелось знать отца.
— Да какого тебе отца? Родного, что ли? Зачем он тебе так понадобился? Сам ты не маленький, барин уже большой.
— Тебе, видно, не жаль меня? — сказал он с упреком.