Начался бывший с ним последнее время боевой бред. Доктор стал натирать больному виски спиртом. Суворов замолчал, а через несколько минут опять очнулся.
— Что государь? — спросил он Багратиона.
— Он прислал меня узнать о вашем здоровье, — отвечал Багратион.
Александр Васильевич оживился, хотел было приподняться, но силы изменили ему, и он лишь слабо проговорил:
— Поклон мой в ноги царю, до сырой земли. Благодарю,
поклон в ноги. Скажи… Ох! Больно!
Больной громко застонал. Начался снова горячечный бред. Генерал Багратион со слезами на глазах поцеловал сморщенную, высохшую руку полководца и вышел.
Визит Багратиона, как слабый знак милости государя, оживил больного, и болезнь дала ему несколько дней роздыху.
На другой день приехал доктор Гриф, первая знаменитость того времени, и стал ездить каждый день по два раза, каждый раз объявляя, что он прислан императором. Это больному доставляло видимое удовольствие.
Посещали Александра Васильевича и другие лица из родных и знакомых. Это не было запрещено.