От них Савин узнал, что им всем придется пробыть около суток здесь, так как их отправят на другой день, часов в пять вечера, с поездом, их на Германию, а его на Бельгию, что там, на границе, всех пустят свободно для передачи местным властям.
Так и вышло. На другой день Николая Герасимовича увезли с полицейским служителем до границы.
До самого отъезда Савин страшно боялся, чтобы в нем не узнали русского, бежавшего от французских жандармов, и маркиза де Траверсе — от комиссара в Скевенинге.
Но все обошлось благополучно, и в семь часов вечера он был на бельгийской пограничной станции Эсхен.
Его отпустили на все четыре стороны.
Он был опять свободен, но… без гроша денег.
XXV
К НОВОЙ ЖИЗНИ
Николай Герасимович вышел из помещения станции и остановился в глубоком раздумье.
Ему припомнились слова полицейского чиновника, только что сказанные на станции Эсхен: