- Не всех обижайте!.. Мой меч свернет такие головы, - заговорил было Доннершварц.
- Всем бутылкам моим, - отвечал фон Ферзен. - Что же ты ожидаешь и не едешь отыскивать наших шатунов? Или боишься встречи русских и их угощенья?
Доннершварц тупо глядел на него и не находил ответа, а Бернгард заметил оскорбленным тоном:
- Фон Ферзен! Тому порукой ничем не запятнанная честь моя: мы не выдадим вас врагам... Если вы сомневаетесь, да судит вас совесть ваша.
- Да, да, смейтесь... сколько хотите, - заговорил Доннершварц, пусть я пролью за вас не кровь, а вино, но... но...
Он не сумел договорить.
- Простите меня, - сказал старик, - я по горячности вас обидел...
В комнату снова вбежала Эмма и радостно воскликнула:
- Едет, едет!.. Мой Гритлих цел и невредим... Он справился с лошадью... посмотрите.
Она указала в окно на лошадь, покрытую пеной и возвращающуюся домой с повисшими ушами.