- Кажись, война у наших закипает с москвитянами; но куда нам деваться, чью сторону держать, куда лететь, на вече или на сечу? задумчиво произнес Чурчила.
- Мы с тобой всюду поспеем, - отвечал Дмитрий. - Пусть голос наш заглушают на дворище Ярославовом - мы и не взглянем на этот муравейник. Нас много, молодец к молодцу, так наши мечи везде проложат себе дорожку; усыплем ее телами врагов наших и хотя тем потешим сердце, что это для отчизны. А широкобородые правители наши пусть толкуют про что знают, лишь бы нам не мешали.
- Для земли родной забываю я обиды и для земляков готов всегда держать меч наголо! Однако сделаем привал, чтобы свежими и бодрыми вернуться домой, - сказал Чурчила, слезая с лошади.
Все спешились.
Кто начал кормить из полы кафтана свою лошадь, кто стал распивать круговую чашу запасного вина.
Вдруг невдалеке от них показались длинные обозы, тянувшиеся из Новгорода и пробиравшиеся на псковскую дорогу.
Дружинники долго недоумевающим взором следили за ними.
- Однако надобно узнать, кто это прокатывает свое имущество? Видно, залежалось оно в сундуках, так хотят его проветрить, - сказал Дмитрий.
- А может быть, везут его припрятать в надежное место от зорких глаз москвитян. Только едва ли удастся что спрятать от них: говорят, они сквозь землю видят, как сквозь стекло, да и чутье у них остро к злату и серебру, - заметил Чурчила.
- Эй, вы, куда едете? На теплые моря, что ли? - крикнули дружинники провожавшим обоз людям.