В избушке снова заблистал огонь.
У ее порога стоял старик с льняной бородой и такими же волосами, падавшими на лицо.
- Садись же, дорогой гость! Я давно знаю тебя и давно ожидал к себе. Выпей-ка моего составца: он с дорожки укрепит тебя, - заговорил старик, подавая Чурчиле какую-то влагу в человеческом черепе и вперив в него свои быстрые насмешливые глаза.
- Да это кровь! - отвечал Чурчила, рассмотрев поданное питье, и отстранил от себя сосуд.
- Меньшой брат мой, Семен, сказывал мне про тебя, что ты отважен, а ты, я вижу, что баба трусливая, не решаешься отведать этого составца. Он для тебя нарочно приготовлен. Это не кровь, а молоко бешеной волчицы с корнем той осины, на которой удавился Иуда, - заметил старик, снова подавая Чурчиле сосуд.
- Что это, еще, что ли, испытание? - воскликнул Чурчила. - Только я его не хочу выдерживать, - и опять отпихнул сосуд так, что часть жидкости пролилась на пол.
- Выпей же! - произнес грозно старик и подал сосуд прямо под нос Чурчилы.
Чурчила вспыхнул и, выхватив сосуд, бросил его на пол. Часть жидкости попала на одежду хозяина, зашипела и прожгла ее. Одежда задымилась.
- А! Ты хотел меня зельем опоить, прислужник сатаны! - крикнул Чурчила. - Я разгадал твое гаданье, разгадай ты теперь мое: долго ли тебе осталось жить?
Он схватился за меч.