Старик молча погрозил ему и таинственно указал видневшиеся в избе полати, на которых что-то копошилось.
Чурчила взглянул пристальнее и увидел петуха, вытягивавшего шею и машущего крыльями. Петух издал истошный крик.
- Не более двух раз могу я слышать его пение, - проговорил старик. Держи, я дам тебе клык черного быка с красным ухом. Он выдержан в крови летучей мыши, и им можно заклясть любого врага, а самому спастись от притязаний нечистой силы; держи его при себе, а мне дай меч свой. Только остер ли он и гладко ли лезвие его?
- Если хочешь, подставь шею, я попробую на ней, но иначе я не отдам своего меча...
- Я вылощу его еще острей и глаже, и ты на нем прочтешь все, что желаешь знать...
Старик замолчал, пытливо глядя на Чурчилу.
Тот тоже молчал.
Петух пропел в другой раз.
- Чу, второй раз! Третьего крика я не перенесу и прощусь с тобой, отшатнулся от Чурчилы старик. - А я бы мог поведать тебе многое о переменах в Новгороде... о Настасье.
Старик остановился, взглянув на Чурчилу исподлобья.