Андрей Николаевич тяжело задышал, крупные капли пота выступили на его лбу.
"Такая судьба тронула меня до глубины души. Она была прелестна, но, окруженная ореолом несчастья, казалась еще прелестнее. Ты помнишь: "Любви все возрасты послушны". Я полюбил ее и не раскаиваюсь. Для меня началась вторая жизнь... О если бы ты видел, как она ласкает мои седые волосы... Скажу тебе на ушко: через несколько месяцев я надеюсь быть счастливым отцом, а я хочу, чтобы ребенок был законным.
"Надеюсь, что ты не откажешься быть моим шафером.
Твой дядя и друг.
Михаил Загорский.
P. S. Мою будущую жену зовут Лидия - не правда ли прелестное имя?"
Письмо упало из рук Загорского; он долго не мог придти в себя.
- Придется продавать Рязанское имение! - были первые слова, вырвавшиеся у Андрея Николаевича.