Она и сама не могла решить совершенно утвердительно этого вопроса.
Порою она чувствовала себя в таком состоянии, которому она не могла ни подыскать названия, ни объяснить его причины.
Ее вдруг снедала такая безотчетная грусть, что ей до нельзя опротивело все окружающее, ей хотелось куда-то бежать, бежать без оглядки, но куда и зачем — на эти вопросы она не была в состоянии дать ответ.
Первый такой припадок грусти случился с молодой женщиной года через два после переселения ее на Васильевский остров.
Калисфения Фемистокловна страшно обеспокоилась.
— Что с тобой, Каля, что с тобой? — в необычайном волнении спросила она у плачущей дочери.
— Мне скучно, мама, скучно…
— С чего же тебе, дурочка, скучно… кажись все у тебя есть, и наряды, и золото, и лакомства, разве только птичьего молока не достать…
— Не знаю сама с чего, а только скучно, скучно…
Молодая женщина зарыдала.