Вдруг он подозвал к себе князя Святозарова.
— Скажи, брат, как мне тут сыграть? — спросил он его, показывая карты.
— Да мне какое дело, ваша светлость, играйте, как желаете, — отвечал согласно приказанию, Василий Андреевич.
— Ай, мой батюшка, и слова нельзя сказать тебе; уж и рассердился… — улыбнулся Потемкин.
Услыхав такой разговор, граф Безбородко раздумал жаловаться.
Молодой князь был в восторге от этой выходки светлейшего и со смехом рассказал матери этот эпизод.
Княгиня слушала рассеянно.
Она спасла сына, но потеряла душевный покой, который добыла страшной нравственной ломкой. Задушевная речь Потемкина, капнувшая на ее руку его горячая слеза вновь унесли княгиню в далекое, чудное прошлое.
Гриша Потемкин как живой стоял перед ней.
Княгине было за сорок, но она замечательно сохранилась и нравственно, и физически. Она чувствовала, что она снова любит в светлейшем князе ее незабвенного Гришу.