— Да, пора бы, мы вам не нужны! — отвечали хладнокровно пленники.
Фон-Ферзен, которому намек Доннершварца напомнил о Гритлихе и мести, яростно воскликнул:
— Да, конечно, затравим их нашими медведями, потешимся напоследок кровавым зрелищем.
— Не рыцарское это дело, фон-Ферзен, — громко запротестовал Бернгард, — я, по крайней мере, до последней капли крови буду защищать беззащитных.
Фон-Ферзен почти с ненавистью посмотрел на говорившего. В зале раздался недовольный ропот, но к чести рыцарей надо все-таки сказать, некоторые, хотя немногие, присоединились к мнению Бернгарда.
Не желая начинать раздора, фон-Ферзен сделал незаметный знак Доннершварцу.
Тот понял его, и на губах его заиграла злобная улыбка.
Пленников увели по приказанию хозяина, а за ними вышел из залы и Доннершварц.
Через несколько минут со двора замка донесся глухой короткий стон, другой — до шести раз.
Все догадались, что это значило.