— Зачем вы здесь? — задала она вопрос.
— По поручению его сиятельства! — ответил привычной фразой камердинер, ошеломленный таким быстрым и неожиданным исполнением главной цели его поездки — видеться с Иреной.
— Что он?
— Болен, очень болен и желал бы видеть вас!
Ирена вздрогнула, смертельная бледность покрыла ее щеки.
— Болен? — повторила она.
— Да, говорю вам, и очень серьезно… надо спешить…
В глазах Ирены лишь на секунду мелькнула нерешительность, но затем она произнесла твердым голосом:
— Так едемте…
На дворе хотя и стояла петербургская гнилая зима, именуемая в народе "сиротской", но проехаться с Петербургской стороны на Сергиевскую улицу в одном платке было по меньшей мере неблагоразумно.