— Счастливец, — сказал Иван Корнильевич. — Мне давно очень хочется за границу. Но отец не пускает, в конторе так много дел…
Он сделал кислую улыбку при воспоминании об этих делах.
Надежда Корнильевна была деланно весела. Видно было, что известие об отъезде Неволина произвело на нее сильное впечатление.
Улучив несколько минут и оставшись вдвоем с молодой девушкой, Неволин объяснил ей невозможность отказаться от предложенной поездки, свои виды на нее, свои планы на будущее и снова, хотя между ними не было сказано ни слова о любви, о браке. Она поняла, что он это делает для нее, что они связаны навеки, а он понял, что понят ею.
— Могу я писать вам?
— Да… Нет…
— Как же это понять, да или нет? Я думал, что мы будем переписываться…
— Я буду писать…
— А мне нельзя?..
— Нет… Пишите, но не на мое имя…