— На чье же?
— Адресуйте Наташе… Наталье Ивановне Моничевой… Она мне очень предана.
Молодая девушка покраснела.
Это согласие было равносильно признанию.
Он поклонился и нежно поцеловал ее руку.
В это время вошел Иван Корнильевич, бывший дома, и tete-a-tete был разрушен.
Вернувшийся к обеду, Корнилий Потапович был очень весел и смеялся, что случалось с ним не часто.
За обедом он велел подать шампанского и предложил тост за здоровье отъезжающего друга и за его благополучное и успешное путешествие.
Доверчивый Федор Осипович искренно благодарил старика за любовь и ласку, не подозревая, что тот празднует счастливо удавшееся удаление препятствия к браку его дочери с графом Вельским.