К кому же он мог обратиться за щекотливыми сведениями о любимой девушке?
Наконец поезд помчал его в Россию.
В первый же день приезда в Петербург — на дворе стояли первые числа августа — он поехал на Сергиевскую.
С трепетно бьющимся сердцем подъезжал он к подъезду дома Алфимова.
Прежний бравый швейцар распахнул перед ним дверь.
— Дома?..
— Никак нет-с… на даче-с.
— Где?..
— На Каменном острове.
— Все здоровы?