— Конечно.
— Суммы эти превышали сумму приписываемой ему растраты?
— В десять раз, если не более…
— Мог он воспользоваться при исполнении поручения хоть частью денег так, чтобы это ускользнуло от вашего внимания при поверке?
— О, конечно, он мог войти в сделку и нажечь меня на большую сумму на законном основании… Я выбрал его для этих поручений как рекомендованного прекрасно его бывшим начальством, а по выполнении поручений при освободившемся месте кассира я поручил ему кассу и думал, что я могу теперь спать спокойно… Кто мог думать, что его добросовестность и аккуратность были лишь лицемерием…
Корнилий Потапович вздохнул.
— Вы поручали вашему сыну оставлять у Сиротинина ключ от кассы после дневной проверки? — спросил следователь.
— Нет… Это было опрометчивостью с его стороны, за которую он и поплатился имущественно…
— То есть как?
— Все недостающее он заплатит из своего капитала, вложенного в дело.