Она видела, что молодая девушка попала, что называется, на своего конька и, отчаявшись найти исход для своего несчастного сына, предположила, что Дубянская увлекается в своем предубеждении против всех лиц, которые играют, называя их игроками.
Анна Александровна знала Ивана Корнильевича и не могла допустить мысли, что этот почти мальчик, если не по летам, то по виду, вежливый, предупредительный, мог быть не только вором, но даже убийцей человека, который к нему относился с такою сердечностью.
Позорное обвинение сына она считала хуже, чем его убийство.
Она, конечно, отказалась, но сочувствие ее тронуло.
Кто-нибудь другой подвел ее ненаглядного Митю, а не молодой Алфимов.
Не знала Анна Александровна, что Иван Корнильевич приезжал к ней по совету графа Сигизмунда Владиславовича, чтобы отвести глаза людям.
Совет этот подал опытный руководитель молодого человека после того, как тот рассказал ему о допросе его у следователя:
— Дело скверно… Поезжай-ка к его матери, рассыпься перед ней в сожалениях…
— Это ужасно!.. Как я посмотрю ей в глаза?..
— А ты в глаза не смотри… Держи свои опущенными вниз, что докажет твою скромность и невиновность, — цинично пошутил граф Стоцкий.