Как-то особенно сладко было ощущать Неволину висевший у него на груди медальон графини Вельской.
Он, как сумасшедший, стремглав помчался на призыв Наташи к почувствовавшей себя дурно графине Надежде Корнильевне и вдруг…
Холодное, почти тоном упрека сказанное вчера молодой женщиной «зачем» леденило мозг Федора Осиповича.
«Ужели она теперь не примет меня, — неслось в его голове, в ожидании возвращения лакея, — меня, который любит ее всем сердцем, жизнь которого не полна без нее, и для которой я готов ежеминутно пожертвовать этой жизнью?»
Федору Осиповичу казалось, что лакей не возвращался целую вечность.
Наконец он появился и почтительно произнес:
— Ее сиятельство вас просит.
Неволин облегченно вздохнул.
Графиня Надежда Корнильевна встретила его весьма приветливо.
Она была еще бледна после вчерашнего обморока, но в общем состояние ее здоровья оказалось удовлетворительным.