Фанни Викторовна вернулась домой усталая и сердитая.
Ее «хозяин», как злобно шутя она называла своего содержателя, оказывается прождал ее всю ночь и к ее возвращению сочинил несколько частью сантиментальных, частью колких слов.
Но едва он разинул рот, как она строго посмотрела на него и сказала:
— Это моя квартира или нет?
— Твоя… — робко ответил он.
— В таком случае вы прекрасно сделаете, если уберетесь вон.
Он был изумлен, пробормотал какие-то ругательства, но все-таки не заставил себе повторить приглашение удалиться.
Когда он ушел, Фанни Викторовна вздохнула свободно и, подбежав к буфету, одним глотком выпила целый стакан коньяку, затем с яростью схватила бутылку и принялась тянуть из нее.
Эта выходка уложила ее в постель, но не прогнала дурного расположения духа.
Толпа молодежи начала приезжать к ней, предлагая заменить выгнанного приятеля, но она предпочла перебрать их всех, но не отдаться одному.