— Видишь… — воскликнула последняя. — Ты боишься произнести это имя… Оно пугает тебя…
— Если что меня пугает, то это твое необъяснимое волнение и твой… нелепые вопросы… — отвечал он, оправившись от первого смущения.
— Почему же ты на них не отвечаешь?
— Ты дочь Петра Толстых.
Она печально покачала головой.
— До сегодняшнего дня я тоже думала это… но это неправда, это ложь!
— Несчастное дитя! — воскликнул Гладких. — Кого же ты видела? С кем ты говорила?
— Зачем его имя, когда он… сказал правду.
— Нет, тысячу раз нет! Что же сказал он тебе?
— Что я дочь Егора Никифорова, дочь убийцы, дочь каторжника.