— Я могу вам сказать только то, что я сам слышал… Убийца, говорят, ограбил свою жертву.
— И этот негодяй остался безнаказан?
— Нет, этот негодяй, как вы его называете, был на другой же день арестован, а затем судим и осужден.
— На вечную каторгу?
— Нет! К пятнадцатилетней…
— Жив он еще?
— Может быть… О нем с тех пор нет ни слуху, ни духу.
— Как его звали?
— Егор Никифоров.
— Егор Никифоров! — глухо повторил Сабиров. — Я это проклятое имя никогда не забуду…