Как я ни старался навести разговор на его любопытные приключения, все мои попытки оказались безрезультатными, как большинство японских выстрелов.
-- Вы знаете, -- сказал мне познакомивший меня с ним д-р Власевич, -- его в Японии заставляли петь датский гимн, и он пел...
В Ляояне несколько японских пленных.
Все они рассказывают, что с большим страхом ожидали своей участи после того как попались в плен.
-- Почему же это?
-- Нам начальство объявило, что русские -- жестокие дикари, которые всех пленных предают мучительной смерти, а потому нам не советовали отдаваться им живым в плен, а предпочитать смерть.
-- Ну, а теперь что вы об этом думаете...
-- Что дальше будет -- не знаем, а теперь нам лучше не надо... -- отвечают, конечно, через переводчика японцы.
По их довольным, улыбающимся лицам можно и без всякого переводчика заключить, что "им лучше не надо".