Посылают за коровой. Нашли, торгуются. Китаец за плохенькую пудов в 5 просит 150 рублей. Рядятся, ничего не выходит. Отсчитав согласно справочной цене по 7 р. за пуд 35 целковых, корову забирают и ведут. Китаец со злостью бросает деньги на пол, объявив:
-- Если мне не дают 150 р., то я дарю её вам! Денег не надо!
Но всё же он идёт за фуражирами и приносит жалобу начальнику: не уплатили мол за корову.
Виновный разыскивается и зачастую платится, благодаря показаниям китайца.
Хунхузы, да и мирные жители (отличить их друг от друга нельзя) подкрадываются к нашим постам или нападают на развозящих летучую почту и, гоняясь лишь за оружием, убивают их, раненых истязают, над трупами надругаются.
Примеры кражи из фанз у спящих винтовок нередки.
Узнать, кто украл -- хунхуз или землепашец -- нельзя, последние всегда скрывают первых.
Остановлюсь на этом и выясню положение наших войск, которое в свою очередь очертит деятельность китайцев.
В бою китайцы помогают японцам, наших раненых грабят, указания дают ложные -- подводят под пули японцев, фураж и провиант добровольно не продают, устраивают склады для неприятеля, своими часто лживыми жалобами вызывают незаслуженное наказание, стоит отделиться по делам службы, как солдата убивают, заснёт солдат в фанзе -- и тут ему покоя от манзы нет, его обкрадывают, выгонять же хозяина из его дома не позволяют -- не гуманно, достаточно того, что бедному китайцу приходится стеснить свою семью на ночь.
Политика гуманности принимается азиатом как признак слабости, великодушие и малодушие в его понятии одно и тоже.