— Время дорого, приступим прямо к делу, — серьезно начал он. — Необходимо прежде всего уничтожить завещание князя.
— Да, да; но как это сделать?
— Способы есть, но надо выбрать лучший и выгоднейший. Можно уничтожить завещание еще при жизни князя, похитив его, но это рисковано, так как князь может хватиться и не найдя написать новое; можно, наконец, похитить его и уничтожить после смерти, но, во-первых, смерти этой надо ждать, а он, кажется, умирать и не собирается.
— Кажется! — злобно прошептала она.
— Во-вторых, кто нам поручится, что князь не передаст этого завещания при жизни на хранение в верные руки — своему брату, например, твоему отцу…
— Это предположение возможное… — задумчиво произнесла Маргарита Дмитриевна.
— Не это еще не все, нам необходимо, чтобы князь умер как можно скорее, чтобы умер он без завещания, так как кроме того, что из его состояния двести тысяч идут от нас твоей сестре, а она с таким приданым не засидится, и эти деньги, с момента ее замужества, пропадут для нас навсегда, сама княгиня по завещанию является очень ограниченною в своих правах на громадное состояние князя, а я желал бы, чтобы эти права ее были бы обширнее, так как, имею на нее влияние.
— И даже, как я заметила, очень большое! — съязвила княжна.
Гиршфельд посмотрел на нее.
— Ревность, кажется, не предусмотрена ни одним пунктом нашего договора.